В содружестве с другими учеными

Фармакологи выглядели бы довольно беспомощными без содружества с биохимиками, микробиологами, физиологами. Казалось бы, математика имеет к фармакологии самое отдаленное отношение. Но уже действуют лаборатории, где роль штурманов в поиске новых лекарств передана компьютерам.

Десятки лет работы затрачивается на создание одного препарата. По свидетельству одного международного журнала, запуск искусственного спутника Земли обходится в 1 миллион долларов, на выпуск же нового препарата затрачивается более 7 миллионов долларов!

Только 100—150 соединений из 5 —10 тысяч допускаются к исследованиям и лишь 1 — 2 из них становятся лекарствами. Поистине: «грамм добычи — год труда».

Если мы знаем имена создателей морфина или сальварсана, то авторами большинства советских препаратов стали коллективы научно-исследовательских институтов страны.

Из истории:

Ведущий в стране в области лекарственного синтеза — ВНИХФИ — Всесоюзный научно-исследовательский химико-фармацевтический институт им. С. Орджоникидзе, институт особый, прославленный. Еще в 20-х годах сотрудники алкалоидного отдела во главе с академиком А. П. Ореховым выделяют свыше 120 новых алкалоидов, многие из них стали незаменимыми в медицине препаратами.

Республика платила миллионы рублей золотом за импорт йода — и исследователи (О. Ю. Магидсон, А. Г. Байчиков и др.) находят оригинальное решение: извлекать йод адсорбционным методом из буровых вод.

30-е годы — вспышка малярии, и ВНИХФИ предлагает плазмоцид, акрихин, акридин.

Нужны сульфаниламиды, и из институтских стен выходят белый стрептоцид, сульфазол, сульфадимезин, сульфадиметоксин.

Синтезированный кофеин, теобромин, папаверин, противотуберкулезные препараты, стероидные гормоны — тоже родом из ВНИХФИ. Ну, а день сегодняшний?

Мы — в лаборатории синтеза сердечно-сосудистых средств. Ее руководитель, доктор химических наук профессор Леонид Николаевич Яхонтов, работает здесь уже 36 лет, сразу же после окончания Пятигорского   фармацевтического   института.

Профессор Яхонтов рассказывает:

— Наша лаборатория занимается синтезом новых лекарственных веществ для лечения сердечно-сосудистых, нервно-психических и аллергических заболеваний. Вот уж истинные болезни нашего времени, побочные плоды цивилизации, урбанизации и химизации.

Аллергия — заболевание «модное». Повышенная чувствительность к лекарствам и продуктам питания, к шерсти животных и к корму для аквариумных рыбок, к чему только ее нет! Механизм возникновения аллергии тонкий, недостаточно известен и связан с выделением биогенного амина — гистамина.

До сих пор для лечения применяются антигистаминные средства (димедрол, этизин). Но все они действуют на центральную нервную систему или угнетающе, или возбуждающе.

Мы синтезировали препарат фенкарол, лишенный этих свойств. В силу чего он будет незаменим для летчиков, шоферов, диспетчеров, словом, для людей всех профессий, где расслабление недопустимо.

Есть хороший японский антисклеротический препарат ангинин. На его закупку государство тратит около 3 миллионов валютой, но это капля в море для всех больных. Стали думать над его синтезом и выяснили, что при производстве изоникотиновой кислоты остается три фракции. Две из них служат основой для получения других лекарств, а одна до недавнего времени сбрасывалась в стоки, причем сильно отравляла водоемы. Из этой фракции мы и создали свой оригинальный метод синтеза пармидина (аналог ангинина) и «убили трех зайцев»: государству сэкономили валюту, уменьшили загрязнение внешней среды и получили отечественный препарат.

Во второй половине XIX века в одной из своих лекций академик Петербургской Медико-хирургической академии Ю. К. Трапп заявил: «Друзья мои, знайте: все действительно помогающие страждущему человечеству средства могут быть записаны на ногтевом ложе вашего большого пальца».

Уже давно это не так. У врача 80-х годов появились такие всесильные лекарства, о которых его собрат столетие назад и помыслить не смел.